С утра слышала крики ребят, звали меня, но я молчала как партизан. Наконец, ребята успокоились и я опять заснула. Проснулась вся потная, было жарко, солнце стояло почти над головой. Где-то здесь должен быть ручей, я сверилась с картой, да совсем рядом – 5 минут ходьбы. Умылась в ручье, пожевала немного, запила водой из бутылки, ручей хоть и выглядел чистым, городскому жителю лучше из него не пить. Огляделась вокруг, прислушалась, вроде никого. Сняла влажное бельё, прополоскала в ручье, развесила на сломанных ветках, ветки прикрепила к рюкзаку, одела шортики и кофточку, надела рюкзак, пошла по тропинке. Издали напоминала лося, у которого на рогах развешано женское бельё. На пьяных охотников бы не нарваться, ещё пальнут сдуру.
Лесная энергетика уносила все мрачные мысли. Дышать лесом, впитывать его запахи и звуки, прислушиваться к его осторожному шуму, быть с ним единым существом – любила я уже давно, с 8 лет, когда мой отец стал брать меня с собой на испытательный полигон, находящийся в густом лесу. Что он там испытывал, до сих пор не знаю, его работа меня не интересовала. Когда я поняла, что папане играть со мной некогда, я начала искать партнёров по играм в лесу, гонялась за мышами и ежами, пыталась ловить птиц и зайцев, несколько раз видела лисиц, увидев нечто большое с рогами, испугалась, но не убежала, вспомнила рассказы отца про лосей. Лось был очень большой, он что-то медленно жевал и косил на меня глазом. Простояв так минут 15, я подошла ближе, задрав голову, любовалась этим большим животным. Вконец осмелев я погладила его ногу, лось понюхал мою голову, смешно фыркая. Видимо, не заинтересовавшись мной в гастрономическом плане, он продолжил медленно жевать, тряхнул головой и на меня посыпались мелкие веточки. Я отошла, отряхивая голову, но ещё долго смотрела, как лесной великан обрывает ветки и жуёт. Видимо всё прожевав, лось пошел дальше, медленно и плавно шагая, как будто корабль плыл по, перекатывающемуся на ветру, зелёному морю трав, кустов и деревьев.
Случайные встречи с животными и растениями мне полюбились с детства. Я видела лес добрым приветливым существом, с которым мне всегда было интересно, даже копошащихся муравьёв я принимала, как некое чудо, следила за их деятельностью, пытаясь угадать куда и зачем они спешат. Уходя из города в лес я испытывала радостное чувство, наконец нет вокруг меня городской суеты и непрерывного потока людей, от которого я уставала. У меня было много друзей, с которыми мы прошли сотни километров по разным лесным тропам и рекам. К 21 году я обзавелась богатым опытом прохождения различных туристических маршрутов. Но друзья взрослели, обзаводились семьями и переставали отзываться на призывы очередного собирателя туристических групп.
Настроение улучшилось, я топала по лесу уже часа 2, должна была выйти к небольшому озеру. А вот и озеро. Выйдя на берег, я заметила двоих пацанов, лет 16, которые удивлённо наблюдали мой выход из леса с ветками за спиной с весящим на них бельём. Ребята разглядели то, что на них вылезло из леса и начали негромко смеяться.
- Что, никогда лося с бельём на рогах не видели? - ребята начали смеяться громче. - Мне с вами надо заключить договор. Я пойду на противоположный берег и там поплаваю в одежде Евы, а вы оставайтесь на месте, потом подойду к вам и мы пообедаем чем-нибудь вкусненьким из моего рюкзака. Согласны?
- О чём разговор, - ответил высокий мальчишка.
Я потопала на другую сторону озера, сбросила всё с себя и плюхнулась в воду. Мальчишки находились на другом берегу и до них было метров триста, оба стояли неподвижно, видимо следили за мной. Выйдя из воды, я решила слегка обсохнуть, мальчишки меня не смущали, они были далековато, да и походы по Крыму и посещение нудистских пляжей приучили меня не стесняться мужских взглядов. Правда, иногда взгляд мужчины был настолько «тяжёлым», что очень сильно хотелось прикрыться. Но мужчины, смотрящие так, попадались редко. И 16 летних пацанов среди них не было.
Быстро обсохнув, я влезла в одёжку, набросила рюкзак и пошла к пацанам выполнять своё обещание. Ребята улыбались.
- У нас здесь кострище на полянке, картошку запечём, дрова уже нарубили, - сказал тот, что повыше, приглашая меня пойти с ними.
- Чем рубили-то?
- Там небольшой топорик есть.
Видимо, увидев, пусть и издали, меня голой, ребята решили, что я своя в доску. Я не стала их разочаровывать и пошла с ними.
- Вас как зовут-то, дровосеки.
- Меня Колькой, его Мишкой, - сказал высокий.
- Лена, просто Лена.
Когда картошка испеклась, я вытряхнула рюкзак и предложила ребятам на выбор банки с консервами. Колька взял банку балыка и сказал, что этого хватит на всех. Мы ели печёную картошку с балыком и ребята рассказывали мне анекдоты, в том числе и пошлые, слегка стесняясь. Чтобы разрядить обстановку, я сама начала рассказывать анекдоты этого типа, ребята начали весело ржать. Анекдотов я помнила много, через полчаса непрерывного веселья, Николай, захлёбываясь, произнёс, -
- Хватит, пошли купаться.
Озеро было рядом, за невысокими кустами. Мы побежали к озеру, срывая с себя одежду. В воду попрыгали уже голые. Ребята затеяли игру, подныривали под меня и пытались дотронуться или схватить. А я ловко отбивалась, хватала их за шею и топила. Колька был поопытнее и у него получилось несколько раз схватить меня за ноги, а когда я его хватала за шею, он ловко вырывался. Когда я в азарте, наконец, вцепилась мертвой хваткой в его шею и, прижав его лицо к своей груди, начала топить, он замер, обхватил меня руками и мы пошли на дно. Только тут до меня дошло, что меня обнял юный мужчина и не хочет отпускать. Дурак, утонем же! Я его оттолкнула и выплыла на поверхность.
- Где Колька? - спросила я, плавающего рядом, Мишку.
- Вы с ним вместе на дно пошли, а выплыла ты одна.
Я огляделась вокруг, Кольки на поверхности не было. Неужели я его так сильно толкнула, что он захлебнулся? У меня похолодело внутри.
- Колька-а-а! - закричала я и собралась за ним нырять, но тут увидела улыбающуюся физиономию Мишки, который смотрел в сторону берега. Я посмотрела туда же. Николай стоял по пояс в воде и виновато улыбался. Подплыв к Кольке, я попыталась стукнуть кулаком по его груди.
- Я же подумала, что утопила тебя! - произнесла я возмущенно.
- Не надо, я раскаиваюсь в содеянном, - ответил утопленник и, перехватив мою сжатую в кулак руку, прижал меня к себе. Опять я почувствовала тело юного мужчины, но не оттолкнула. Мальчишка просто крепко прижал меня к себе ничего больше не делая, наверное боялся меня спугнуть.
- Тебе сколько лет, герой-любовник, - произнесла я немного погодя, чувствуя что объятья затянулись и надо как-то разруливать ситуацию.
- Боишься развратить юное создание?
- Тебя развратишь, ишь как вцепился, не вырвешься!
- А ты хочешь вырваться?
Я не ответила, мягко и настойчиво попыталась разорвать объятья Николая. Недолго посопротивлявшись, он меня выпустил.
- Так, игры кончились, - констатировала я.
- Жизнь – игра… - философски заметил несостоявшийся утопленник.
- Я иду одеваться, - произнесла я и подумала, что хорошо бы ослабить натянувшуюся обстановку.
Колька справился сам, когда мы подошли к костру уже одетые, он чмокнул меня в лоб и произнёс:
- Эх, такая девушка с крючка сорвалась, - Мишка захихикал.
Мы опять пекли картошку, я достала банку шпрот, ребята из кустов вытащили 2 пятилитровых пузыря.
- Не бойся, родниковая, - сказал Мишка, когда я открыла и понюхала один из пузырей.
Солнце клонилось к горизонту, я рассказывала анекдоты, у меня это лучше получалось, а ребята страшные истории.
- Вы где ночуете? - спросила я пацанов.
- Вон шалаш в лесу, залезай с нами.
- Нет уж, я в спальнике рядышком лягу, если вдруг дождь – залезу.
- Хоть бы пошёл дождь! - вздохнул Николай.
- Не дождёшься, на небе ни облачка.
Солнце село, я залезла в спальник и расположилась рядом с шалашом, ребята ещё долго возились, хихикая и зазывая меня к себе, подробно расписывая все прелести ночёвки в шалаше. Через час они угомонились. Я смотрела в звездное небо над головой и спать мне совершенно не хотелось. Растолкать что ли Кольку, побродить с ним по берегу при луне. Рядом что-то зашуршало. Это был мой спасшийся утопленник.
- Ночь то какая! - произнёс Колька, подполз ко мне и лег на спину.
- Что, не спится?
- Заснёшь тут после таких водных процедур, - выдал герой-любовник, очевидно намекая на наши подводные объятия.
- Мишка там как?
- Спит уже. Лен, можно я тебя обниму.
Я хмыкнула и повернулась к нему спиной. Колька осторожно обнял меня и прижался к моей спине. Спать расхотелось совсем. Ещё и луна вылезла, осветив нашу полянку, шалаш и нас.
- Эй, герой-любовник, не спишь?
- Тут заснёшь, смотри луна какая!
- Залезай ко мне в спальник, - разрешила я.
Быстро вскочив, Колька сбросил с себя одежду и залез ко мне в спальник. «Какой он горячий, с таким любовником и без спальника жарко будет», - подумала я, помогая ему снять с меня нижнее бельё…
Утро было прелестное, несмотря на то, что больше половины ночи мы с моим горячим любовником не сомкнули глаз, я выспалась. В лесу на свежем воздухе мне вполне хватало 4 часов сна. Колька ещё спал, накрыв его своим спальником, я побежала к озеру. Мишка на берегу ловил рыбу. Оглянувшись на мой топот и оглядев мою фигуру, он улыбнулся и показал большой палец, но тут же сделав серьёзное лицо, махнул рукой вдоль берега, мол, отойди подальше – рыбу распугаешь. Я отбежала метров сто и плюхнулась в прохладную воду. Изумительно - лес, озеро и я в одежде Евы, всё было гармонично, казалось идеальным миром, в котором невозможны войны, убийства, предательства.
Немного поплавав, я вылезла и побежала обратно, на пол пути к Мишке увидела выглянувшую из кустов небритую морду мужика средних лет, сделала вид, что не заметила. Подойдя к Мишке, рассказала ему про морду. Мишка посерьезнел и сказал:
- Иди к Кольке, я проверю кто там шастает.
Колька уже не спал, схватил меня и обнял.
- Какая ты прохладная, плавала?
- Угу, там какой-то мужик в кустах.
На поляну выскочил запыхавшийся Мишка.
- Зеки! - зловеще проговорил он.
- Сколько? - спросил мой любовник.
- Видел троих.
- Надо тебя спрятать, нас они не тронут, - обернулся ко мне Николай.
- Это ещё неизвестно, они её видели, - кивнул на меня Мишка.
- Тогда линяем все!
- Поздно! - прошептал Михаил.
Я обернулась и увидела, бегущих к нам троих мужиков. Впереди бежал здоровый и плотный мужик, на голову выше меня. «Боров», - сразу окрестила я его. Колька и Мишка бросились ему на перерез, но он разбросал их, как котят.
- Держите её за руки, - крикнул он своим приятелям, меня схватили и бросили на землю. Боров сразу расстегнул штаны и начал пристраиваться ко мне, пытаясь накрыть меня своим телом. От такого обращения и от его гнусной физиономии со злыми звериными глазками, я сильно испугалась, но и взбесилась не на шутку. Мужик, держащий меня за правую руку, вдруг вскрикнул и, отпустив меня, вскочил на ноги с криком: «Он в меня нож бросил!» Моя правая рука сразу зашарила по земле в поисках какого-нибудь орудия, нащупала палку и я резко со всей силы воткнула её Борову в горло. Мужик, держащий мою левую руку, тоже меня отпустил и закричал: «Ты что делаешь, мать твою!» Я ужом выскользнула из под хрипящего Борова и отскочила в сторону, оглядываясь вокруг в поисках рюкзака. У меня там лежал довольно большой нож. Зек с моей правой руки, держащийся за поцарапанную шею, вдруг произнес, глядя на агонизирующего Борова:
- Может так оно и лучше, меньше командиров будет, туда Кресту и дорога, да и девчонка только нам двоим достанется.
Оба зека уставились на Борова. Но зек с моей левой руки вдруг охнул и упал лицом вперёд. В его спине торчал топор, а над ним стоял мой Колька. У зека, держащегося за шею, вытянулось лицо и он промямлил:
- Вы чего, ребят, мы ж пошутили?
Из за его спины раздался Мишкин голос:
- Этого тоже надо кончать, а то своих приведёт.
У, оставшегося стоять, зека ещё больше вытянулось лицо, он оглянулся и сиганул в лес, не разбирая дороги.
- Догнать надо, - опять высказался Мишка.
Колька обернулся ко мне и произнёс:
- Тебе спрятаться надо.
- Ну уж нет, я с вами! - твёрдо заявила я.
- Тогда оденься.
Натянув шорты, кофту и кроссовки, я вытащила из рюкзака свой нож и мы побежали за последним зеком. Искать его было не нужно, он так шумел, перемещаясь по лесу, что догнать его мог бы даже слепой. Ребята неслись очень быстро, я еле поспевала. Вот, блин, партизаны в тылу врага, в погоне за последним карателем. Двоих уже замочили, ну я то так была взбешена, что действовала, считай, на одних рефлексах, не задумываясь. Хотя, Кольку тоже можно понять, какие-то отморозки растянули его любимую на полянке и решили использовать самым незамысловатым образом. Любимый мог стать неадекватным. Но Мишка, правда, пока он никого не убил?
Бегущий впереди зек споткнулся. Когда он начал вставать, перед ним образовался Мишка и закричал:
- Стоять!
Сзади, к стоящему на коленях зеку, подскочил Колька и воткнул нож между шеей и плечом, в район ключицы. «Профессиональный удар диверсанта, снимающего часового на посту», - отметила я, подскочила к зеку с другой стороны и воткнула нож в район другой ключицы. «Как симметрично воткнулись ножи, смерть бывает красива?» Зек уткнулся лицом в землю. Мы отдышались и любимый заявил:
- Надо вынуть ножи.
- Кровь брызнет, напачкаемся, - возразил Михаил и, махнув рукой, начал скидывать одежду, - Потом в озере вымоюсь.
- Справишься один? - спросил его Колька, собрав снятую одежду.
Мишка махнул рукой в сторону озера, отпуская нас и кивнул головой. Мы с любимым побрели к озеру.
- Крутовато вы действуете для шестнадцатилетних пацанов.
- Мне уже 17, а потом зеки здесь не впервые. Два года назад человек тридцать зеков сбежали с зоны строгого режима, километрах в тридцати отсюда. Четырнадцать человек вышли к Мишкиной деревне, а их там окружили солдаты. Пока они пытались вырваться, половину деревни вырезали. Почти вся Мишкина семья погибла и мои дядька с теткой, с детьми погибли. Мишка со мной в лесу был, а когда узнал, что случилось и что пятеро зеков прорвались через оцепление, решил сам их найти и прикончить. Я пошёл с ним. Троих нашли, в овраге в буреломе затаились, он всех троих топором зарубил. А был совсем пацан, 14 лет. Этих загнанных волков лучше сразу кончать, чтоб не мучились и к другим не приставали.
- Весело живёте, - грустно усмехнулась я.
Мы с любимым дошли до озера и задумчиво уселись на берегу. Прибежал Мишка с ножами в одной и топором в другой руке, плюхнулся в воду и начал мыть себя и инструменты. Ничего себе – инструменты? Холодное оружие, уже напившееся крови.
Мишка вылез из воды и улыбнулся.
- Ну что загрустили, зло повержено, наши победили, радоваться надо!
- Труппы надо в яму сбросить, - хмуро отозвался Колька.
- Того в лесу я уже сбросил, легкий оказался, остальных с поляны пойдём вдвоём отволочём, я мешок приготовил, на нём потащим.
- Ленусь, посидишь в шалаше?
- Нет уж, я с вами, вдруг ещё кто-нибудь вылезет!
Ну не было у меня сомнений в неправильности наших действий, когда мальчишки стаскивали труппы в овраг, да и совесть, почему-то, молчала. А от мысли, что мы убили трех человек, я отмахивалась, оправдываясь необычными обстоятельствами и ситуацией, в которой или они нас, или мы их.
- Мишань, сгоняй на велике в деревню, узнай новости, может знают что про этих, - попросил Колька. Мишка кивнул и пошёл доставать, спрятанный где-то у шалаша, велик.
Михаил уехал, а я прижалась к Кольке, он уже не казался мне мальчишкой, он уже был настоящим мужчиной, защитившим меня и убившим за меня двоих отморозков. Мы стояли на берегу красивого лесного озера крепко обнявшись, чувствуя своё единство с этой гармонией, ощущая себя частью этой первозданной системы и все прошлые неприятности растворялись в этом озере, в этом небе, в этой листве и траве.
Через час прикатил Мишка, сообщил, что Петрович показал телеграмму о побеге троих зеков в деревне, народ заволновался, начал прятать детей и вытаскивать ружья.
- Ну, чтоб они не суетились, я сказал, что мы нашли труппы в яме, всё равно ведь найдут. Палыч обещал на мотоцикле приехать.
Минут через 15 затарахтел мотоцикл и на поляну к шалашу подкатил седой милиционер на довольно стареньком мотоцикле. Посмотрев на меня весёлыми глазами, спросил:
- А ты, красавица, откуда, в гости к кому приехала?
- Да у меня туристский маршрут через это озеро проходит.
- А где ж группа, или ты одна?
- Поругалась со своими, вот ребята приютили.
- Она теперь с нами, - встрял Николай и обнял меня за плечи.
- Понятно, - весело произнёс представитель власти и хитро подмигнул Кольке, - Показывайте где нашли труппы, а ты девонька нас здесь подожди, не женское это дело труппы осматривать.
- Да я их видела, мы их вместе нашли.
- Ну тогда пошли с нами.
По дороге ребята рассказали, что милиционера зовут Палыч и он классный мужик. Палыч попросил ребят помочь ему перевернуть труппы лицом вверх, сличил их с, вынутыми из кармана, фотографиями и произнёс:
- Все трое сбежавших, не успели покуролесить, что это за добрый охотник, который их так быстро успокоил? Двое из этих с пожизненным сроком, по три убийства на каждом. Подняли все местные воинские части, негласная рекомендация была – близко к ним не подходить, стрелять на поражение. Думаю, расследования не будет, кому они сдались. Но мне интересно, одна колотая, две ножевые, одна рубленная рана, прям какой-то спецназ по рукопашному бою. Что это за Чингачгук в нашем лесу завёлся? Чинганчгук – Михайла и Чинганчгук – Николка, а может и Чинганчгук – Еленка тут поработали?
- Мы вдвоём справились, она не при делах, - хмуро произнёс Николай.
- А я думаю, без профессиональной туристки здесь не обошлось, да не ерепеньтесь вы, со мной эти догадки и умрут, я ведь понял, Михайла, что это ты два года назад троих таких же в овраге около деревни порубал, а Николка с ножом отвлекал их внимание, чтоб тебе сподручней было топором махать. Я б вам ребятки и за тех, и за этих по ордену дал, да ордена выдаёт только государство, я вам с пасеки по банке мёда привезу, вот и будет вам награда. Этих вечером заберу, на тракторе с прицепом приеду, Василий обещал к вечеру освободиться. Василий – это наш тракторист, - пояснил Палыч для меня.
Палыч уехал, мы пошли к озеру.
- Есть хочется, - сказал Мишка.
- Картошка ещё есть? - спросил Николай.
- Килограмма два.
- На обед хватит, Ленок ещё баночку консервов откроет.
Когда мы поели картошки с консервами, я вытащила из рюкзака бутылку воды.
- Ребят, после таких приключений я бы выпила чего-нибудь покрепче, - выдала я, помахав над головой денежной купюрой.
- Коль, я сгоняю? - предложил Мишаня.
- Погоди, Палыч едет.
Послышался тарахтящий звук и между деревьями показался трактор с прицепом. Из трактора вылез Палыч и, подойдя к нашему костру, поставил на землю довольно большую сумку.
- Это вам.
Когда Палыч уехал, мы осмотрели содержимое сумки – 3 банки мёда, овощи, зелень, сырое мясо и бутылка водки.
- Ну, Палыч, молодец, - восторженно проговорил Мишка.
Бутылка на троих – это не много, но нам после принятия горячительного напитка стало так хорошо, что дальнейшее развитие событий я помню смутно. На вечерней зорьке, немного поплавав, орали песни у костра, признавались друг другу в любви, обнимались и целовались, причём все трое.
Проснулась от солнечных лучей, бьющих мне в лицо. Я лежала между Колькой и Мишкой, прижавшихся ко мне, все были голые. Было у меня вчера с Мишкой что-то или не было, как целовалась в засос попеременно то с Колькой, то с Мишкой помню, а вот что было дальше?
Поднявшись бесшумно и одевшись, я начала осматривать следы на песке и в траве. Совратила 16 летних пацанов, стоп, о чём это я, мы же три человека убили, а меня совесть мучает по поводу несовершеннолетия моих любовников. Впрочем, 16 лет это уже совершеннолетие, жениться можно, Кольке 17, если не соврал. И ведут они себя по взрослому, прям – киллеры профессионалы. Да, но у нас может образоваться любовный треугольник, они меня начнут ревновать друг к другу, передерутся, а с их навыками и до смертоубийства недалеко. Может сделать вид, что с Мишкой ничего не было или скажу, что не помню, да я и правда не помню.
А, пусть будет, как будет, что раньше времени голову ломать. Но мне самой больше нравится Колька, да он и постарше выглядит. Ну я и придумала себе комплекс неполноценности на почве того, что старше их на 5 лет. А ведь, действительно, думаю о какой-то ерунде, хотя вчера меня могли изнасиловать и убить, да и ребята могли не выжить. Радоваться надо, что мы живы, что любим, что такой интересный треугольничек получается из наших отношений. Что-то я начала усиленно самокопанием заниматься, не к добру. Всё, завязываю. Солнце, озеро, лес, влюблённый мужчина, а может даже два – что ещё нужно мне для радости, восторга, счастья.
Пока я рассуждала над мировыми проблемами, на берег вышел Мишка, улыбнулся, помахал мне рукой, пошёл проверять свои удочки. Сзади ко мне подошёл Колька и обнял меня. Ребята вели себя, как будто ничего не было, а может, и правда не было?
- Эй, Чинганчгук – Большой Змей, ты помнишь, что вчера вечером мы делали?
- Пили Палычеву водку, целовались, песни орали…
- А потом?
- Тебе интересно – было ли что-нибудь у вас с Мишкой? А если было, что тебя беспокоит в связи с открывшимися обстоятельтствами?
- А вы из-за меня не передерётесь?
- Кто тебе больше нравится, я или он? - спросил меня мой юный мужчина, взяв меня за плечи и посмотрев в глаза.
- Ты.
- Ну и Мишка не противен, в ситуации если б я исчез или умер, ты бы простерла свою благосклонность на него?
- Наверное, да. Только ты не умирай пожалуйста.
- Ну, это я так, для примера. Вчера мы расслабились, даже если что-то было, Мишаня никогда не предъявит претензии на тебя, пока ты не позволишь. А, если тебе больше понравится он, я отойду в сторону.
- Прям рыцарский устав правил поведения!
- Мы с ним больше, чем братья, да теперь и с тобой. А кто из нас будет твоим любовником, это не особенно важно. Вчера мы прошли серьёзное испытание, каждый из нас готов был умереть за другого, с Мишаней у нас это уже второе испытание, я рассказывал, что было два года назад, а Палыч добавил к моему рассказу некоторые детали, наш участковый очень проницательный человек. Когда тебя не было рядом, он сказал о тебе интересные слова, - «Без этой девоньки вы бы не справились, она для вас стала и защитницей, и объектом для защиты, берегите её…» Поэтому, если ты возразишь, что у тебя есть сомнения по поводу – умерла бы ты за нас? Я скажу – не сомневайся!
- Ты мудр не по годам, любимый. Мне часто кажется, что ты намного старше меня.
Мы стояли на берегу озера, обняв друг друга за плечи, и смотрели на воду. Справа меня обнимал Колька, слева Мишка.
- Завтра мне надо уезжать, послезавтра на работу, отпросилась только на один день.
- Какие наши годы, встретимся ещё, хочешь, приезжай в следующие выходные.
- Если погода испортится, приезжайте вы ко мне, я снимаю двухкомнатную вместе с одной девчонкой. Думаю, она вам понравится, хоть и не туристка, - произнесла я и подмигнула Мишке.
Вот такая кровавая история с хорошим концом приключилась со мной недавно. А Верка, моя соседка по квартире, втюрилась в Мишку. У них разница всего 2 года. В первый же приезд ребят в гости и втюрилась, так что мне теперь не придётся выбирать между Колькой и Мишкой…
